Вторник на «Таузенд Санни»

Вторник начинается с того, что Луффи падает с crow's nest. Это не катастрофа — он резиновый, он всегда падает с crow's nest, это примерно так же неизбежно, как восход солнца и Зорро, потерявшийся на собственном корабле. Луффи приземляется на палубу с громким «ВОААА», встаёт, отряхивается и немедленно идёт на камбуз проверять, готов ли завтрак. Санджи встречает его у двери с половником и выражением человека, у которого очень много терпения и оно уже почти закончилось. — Ещё двадцать минут. — Саааанджи— — Двадцать минут, капитан. Луффи смотрит на него огромными глазами. Санджи выдерживает взгляд примерно восемь секунд — личный рекорд — и суёт ему кусок хлеба с маслом. — Это не считается за завтрак. — Знаю, — говорит Луффи и уходит жевать на нос. Санджи возвращается к плите. На четырёх конфорках одновременно что-то булькает, жарится, томится и благоухает. Он работает без записей, без таймеров — просто знает. Движения отточены до автоматизма: нарезать, перевернуть, убавить огонь, добавить специй. Он насвистывает что-то без мотива и думает о том, что надо будет попросить Нами проверить запасы муки. В камбуз заглядывает Шопер. — Санджи, а ты не мог бы... — он держит какой-то листок с рисунком. — Мне нужна трава лимонника, я думал сделать настой для— — В третьем ящике слева, нижняя полка. — Ты уже знал? — Ты всегда спрашиваешь лимонник по вторникам. Шопер стоит с открытым ртом, потом говорит «спасибо» и исчезает. Санджи добавляет в суп щепотку соли — чуть меньше, чем обычно, Нами жаловалась на прошлой неделе. — — — Усопп устроился на корме с коробкой деталей и делает вид, что чинит прицел к своей рогатке. На самом деле он сочиняет новую историю. Это видно по тому, как он изредка останавливается, смотрит в небо и шевелит губами. — Значит, — говорит он сам себе, — огромный осьминог, не меньше пятисот метров в диаметре каждого щупальца... нет, это слишком много щупалец... хорошо, один щупалец пятисот метров... и я в одиночку, один против него, с одной единственной пулей... — С пятью тысячами пуль, — говорит Зорро откуда-то слева. Он лежит на люке с мечами под боком и, судя по виду, спит. Но это обманчиво. — Ты не слушал! — Слушал. Ты в прошлый раз уже был один и с одной пулей. Народ ждёт прогресса. — «Народ»! — Усопп машет рукой. — Ты понятия не имеешь, как работает художественное повествование. — Один против пятисот метров щупальца — это не художественное, это геометрическое. Усопп открывает рот, закрывает, снова открывает и в итоге кидает в Зорро маленькой гайкой. Зорро ловит её не открывая глаз. — — — После завтрака Луффи находит Брукса. Брукс играет на скрипке у грот-мачты — что-то медленное, не для танцев, просто так. Луффи садится рядом прямо на палубу и слушает, запрокинув голову. Шляпа съезжает ему на глаза, он её поправляет и снова запрокидывает голову. — Брукс, — говорит он, когда музыка затихает. — Ты знаешь много людей? — Йо-хо-хо. Я прожил очень долго, — говорит Брукс. — Знал многих. — А теперь? Брукс смотрит на него пустыми глазами — у него нет другого взгляда, но как-то всё равно понятно, что он думает. — Теперь я знаю вас. — Пауза. — Этого более чем достаточно, капитан. Луффи кивает с абсолютно серьёзным видом, как будто это была сложная теорема, которую он только что решил. — Хорошо, — говорит он. — Тогда ещё раз сыграй. — — — Обед. Все за столом, все одновременно, как бывает далеко не каждый день. Усопп рассказывает историю. В этой версии щупалец уже три, но каждый по тысяче метров, и Усопп победил их при помощи одной пули и силы воли. Зорро ест молча. Нами делает на полях карты маленькие пометки. Шопер ест и одновременно читает медицинский трактат, который держит перед собой в копытах. Робин улыбается чему-то своему. Франки говорит «СУПЕРР» по поводу супа. Луффи тянется через весь стол к тарелке Санджи. — Не трогай, — говорит Санджи. — Там осталось— — Это моё. — Но ты же— — Луффи. Луффи смотрит на него. Санджи смотрит на него. Санджи вздыхает, берёт свою тарелку и молча пересыпает половину Луффи. — МЯСО! — орёт Луффи. — Это не мясо, это тушёная говядина с— Но Луффи уже ест, и это «МЯСО» сказано таким голосом, каким говорят «спасибо» и «я вас всех люблю» одновременно. Море качает «Таузенд Санни» медленно и ровно. Солнце идёт к западу. Вторник продолжается.